Равальский кот, или кто сказал «Мяу»

Достопримечательности Барселоны

Равальский кот, или кто сказал «Мяу» |

Объект страха и ненависти местных попугаев, он фигурирует на карточках каждого второго туриста, побывавшего в Барселоне. Упитанный и очевидно довольный жизнью знаменитый Равальский Кот — семь тонн «мимими» работы Фернандо Ботеро. Рассказываем его историю!

Колумбийский художник и скульптор Фернандо Ботеро, что наш Борис Кустодиев, искренне убежден: хорошего человека должно быть много. Об этом говорит большинство его персонажей — забавных толстяков и толстушек, прописавшихся ныне в собраниях самых авторитетных музеев мира и частных коллекциях. Официально, направление, которого придерживается мастер, называется «фигуративизм». На наш же, не слишком просвещенный, взгляд, это что-то вроде смеси примитивной живописи, гротеска, эротических снов и какого-то мультяшного натурализма. Судите сами: балерина c его картин весит не меньше 120 кг, а объем талии охотника таков, что способен довести до истерики даже зайца. Скульптурой Фернандо Ботеро (недавно отметивший, кстати, 80-летие и сам нисколько не полный) начал заниматься еще в начале своего творческого пути. Тут формы оказались не менее впечатляющими, причем как у людей, так и у животных. В 1987 году, когда Городской совет Барселоны решил приобрести нашего Кота, его «родитель» был уже вполне знаменит, богат и ругаем. Но чиновников совсем не смутила ни цена вопроса, ни спорная слава мастера, ни то, что в конструкции бронзового мурлыки присутствовала деталь, вполне красноречиво говорящая о его половой принадлежности.

Фернандо Ботеро

Поначалу, чтобы погладить толстого «Гато», а то и дернуть его за усы, барселонцы ходили в Парк Сьютаделла, расположенный рядом с Зоопарком. Но едва Кот привык к шалостям местных детишек и крикам обезьян, Барселона начала готовиться к Олимпиаде. Так, в 1992 году ему пришлось переехать ближе к Олимпийскому стадиону. Наверное, думал, что навсегда, оказалось — нет. Когда спортивные страсти утихли, вышел новый указ - перевезти животное на площадь Бланкерна. Там его задачей было охранять вход в один из самых малоприятных парков города, где предпочитали проводить свой нехитрый досуг бездомные. И это был самый печальный период в жизни Кота. «Должно быть, ему в то время очень хотелось прыгнуть в одну из лодок Морского музея и рвануть обратно в Колумбию», - грустно шутили местные журналисты.

Городской Совет постановил: монумент установить на солнечной Рамбла Раваль, и больше не трогать

То ли прислушавшись к мнению общественности, то ли руководствуясь собственным здравым смыслом, в 2003 году Городской Совет постановил: монумент установить на солнечной Рамбла Раваль, и больше не трогать. Не трогать — конечно же, в переносном смысле, потому как удержаться и не почесать бронзовому Толстяку нос может только тот, у кого у самого сердце из бронзы. Но таких мы рядом с Котом еще не замечали.